сердцесаревич
двадцать лет бабе наруто обсуждает
пыталась цитатами заманить человека на мой титаник "распада", а в ответ получила полураздражённо-сухое: "это такая ваниль".
господи, я смеялась, будто умалишённая; надо ж было так дезинформировать, чтоб о "распаде" сказали "ваниль". струве, набоков и ко, я уверена, оценили бы.


*



читаю старинные шотландские баллады для фика (будем честными — для одного всего лишь комментария вскользь, пометки на полях, отсылки крошечной, что она уже даже не отсылка); магическое кольцо с рубином, которое меркнет, стоит твоей любви умереть или разлюбить тебя навсегда, — это так странно, учитывая возможность, что и из тебя хлещут кровь и человечность. неужели у заклятия нет обратного действия? тогда не бесполезно ли оно, пусть немного?

если ты дашь мне кольцо взамен ошейника и, вложив в ладонь поводок, скажешь: "побей меня им, если почувствуешь сопротивление", то где гарантия того, что я не сниму свой? а что если у меня — нет своего и вовсе? куда ты от меня сбежишь, пусть даже и посмертно?

власть знания — такая ужасная власть. я могу упасть тебе в ноги в день твоей помолвки и, схватившись за полы твоего изумительного пожухлого платья теми самыми пальцами, в которых сжат твой перстень, выдавить из тебя твоё согласие. я могу, падая к твоим ногам, разрушить тебя. ты дала мне всё; сама, ты собрала камни и цветы, чтобы в них пойти на самый ил.


*



сапфо, ты говоришь, что кто-то нас будет помнить. сапфо, это всё— это всё такая утопия. три года прошло, всего-то три, а скорбь длится не больше пяти, но никто не помнит, никто не вспоминает, сапфо, и щёки её не "алеют любовью" больше, и она— и это страшная правда посреди конфетти слов—
она — чужеродная. она не моя.
сапфо, ну же, мы изобрели термоядерную бомбу, и мне стыдно взывать к афродите, как это панибратски делала ты.
если и взывать к афродите, то только — увидеть её бессмертное лицо, своими глазами увидеть что-то, что не умрёт, как три года назад, не забудется впопыхах, потому что жизнь не заканчивается там, где стоп-знак у тебя на теле, татуировка поверх вен;
сапфо—
потому что больше не к кому прийти на порог, мокрой от моря, и слёз, и бог знает чего ещё, стёртыми по шоссе и стеклу ногами запачкать кровью твой превосходно чистый, пожухлый ковёр, который был, кажется, ещё до тебя, который родился из тех же звёзд те же миллионы лет назад, как и все мы, все—
милая, драгоценная сапфо.
я скучаю три года.
никто так и не пришёл ко мне с крита.

@темы: на пятой неделе поста, снова голос обретая