Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

noli me tangere for caesar’s i am

19:59 

сердцесаревич
двадцать лет бабе наруто обсуждает
единственная правда в этом мире— он затухает, заглатывая побольше воздуха перед la révélation grande, и тут кто-то без усилий метко выпускает стрелу в левую сторону его горла.
после минуты канонной немой сцены (ровно до того момента, как он, расшатавшись пьяницей, начинает капать на выглаженные испуганным изумлением лбы) толпа извергается воплем: «кто это бы— ложитесь! ложитесь вни— снимай, придурок, ты слеп— ой, убили, у-би-ли

кто-то без разбора бормочет, это всё абсурд и грёбаная околесица, но оно не имеет ни малейшего веса: абсурд, и что? кто-то пристрелил кеннеди и семьдесят лет скрывался; это разве не абсурд? что вам сделает стрела в больно проворливом горле?

у слов великой истины было семь дублей. в человеческой гортани четыре голосовые связки. наконечник вытаскивали две пары рук. стрела и жизнь была одна, а смысла не было.

в луже крови кто-то сказал: «горе победителям».
в буфете на антракте кто-то услышал: «горький непростительно», — и кивнул, подумав на шоколад.

@темы: снова голос обретая

URL
   

главная